# РОБОТ ДЛЯ ДРОЧКИ

Валерий Псина

Валерий Псина


История о сознании парня, которого заперли в роботе для дрочки

## Дисклеймер


Данное произведение является полностью вымышленным. Все совпадения с реальными лицами случайны. Автор не стремится и не подразумевает разжигание ненависти к отдельным личностям, народам, национальностям, религиям или по любым другим признакам в своих произведениях. Текст не рекомендован к прочтению лицам моложе 18 лет.

## Глава 1


Всем привет, меня зовут Алёша, фамилия Симонов, хотя это и неважно. Я родился в 2101-м году. На момент прочтения этого опуса, скорее всего я ещё даже не родился, дорогой читатель, но ты не удивляйся, я позже объясню почему так и зачем вообще это пишу. Но, обо всем по порядку.

У нас в будущем (в моем настоящем) всё намного круче, чем у вас в прошлом. Мы наладили контакт с инопланетными цивилизациями, но оказалось, что там такие же придурки, как и мы. Ещё у нас есть телепортация: мы можем перемещать грузы в мгновение ока; мы можем путешествовать на другой конец Земли за секунду. Да и за пределами планеты я бывал, но там ничего интересного. Хотя не, есть один интересный факт: в далёком космосе есть планета полностью состоящая из говна. Она карликовая и рукотворная: это одно из последствий распространения телепортации. Но об этом я как-нибудь в другой раз расскажу.

Роботы, которые делают почти всю тяжёлую работу – это довольно круто, учитывая насколько развился искусственный интеллект, но всё же они для быта и мало чем отличаются от микроволновки. В общем, эти вот все технологии – это почти всё хуйня, кроме одного. Самое крутое – это наш Инторнет. В двух словах сложно описать, но это целая альтернативная реальность. В Инторнете была вся жизнь.

Это как в старом фильме «Матрица», только без проводов и любых мыслимых ограничений. Можно бесплатно вживить себе чип и наслаждаться всяческими развлечениями: еда; любые игры, неотличимые от реальности; секс с любыми тёлками. Я, например, любил жирных волосатых азиаток.

Но, не всё так сладко в будущем. Каждый раз, возвращаясь из Инторнета, я наблюдал своё распухшее неповоротливое тело. Оно меня тяготило, я мечтал избавиться от него, но лень, присущая нашему поколению, огромной глыбой придавливала меня к мягкому креслу. В своей проблеме я был не одинок: многие были несчастными уродами в жизни и счастливыми красавцами в Инторнете. Классика из старых антиутопий.

Так вот, я хоть и был жирным и тупым, но друзья у меня были умными. Почти все они работали с искусственным интеллектом. Однажды, они что-то там открыли и хотели поставить эксперимент, а меня позвали в качестве подопытного. Я согласился, поскольку звучало безопасно.

Суть эксперимента заключалась в том, чтобы записать мой разум как информацию, а затем воспроизвести его в компьютере. Короче, как будто переселение душ, только настоящее. Ожидалось, что я смогу жить вечно в Инторнете, и он стал бы моей действительной реальностью. Поскольку я очень любил Инторнет, я долго не раздумывал.

Автори этих строк приехал-таки к экспериментаторам. Меня там засунули в какой-то сканер, чтобы считать мозг: я ничего не почувствовал. Потом мне дали какой-то прибор, который нужно было всегда носить на голове, что-то вроде резинки, как для спорта. Она должна была записывать и синхронизировать мою память с моделью, которую записали в этом огромном сканере. Это чтобы после смерти я бы очнулся уже в сети и помнил всю предыдущую жизнь, будто не умирал. Резинка почти всегда была мокрой и вонючей от пота, и мне казалось, что я её рано или поздно сломаю.

В общем, к счастью или к сожалению, умер я в двадцать лет. По своему обыкновению я жрал чипсы «Читос» со вкусом пиццы в то время как подключался к Сети. Следует упомянуть, что особенность подключения такова, что ты ничего не чувствуешь, что происходит с телом в реальности. Я не успел дожевать и, будучи уже подключённым, поперхнулся и задохнулся. Типичная смерть в наше время кстати.

* * *

Очнулся я в Инторнете. Точнее это было даже не «очнулся», а «оказался» – это произошло для меня почти бесшовно, даже не заметил, но вот выйти потом я уже не мог. Сначала я не знал, что умер. Потом только мои друзья сказали, что вообще-то меня кремировали давеча, а я им рассказал про эксперимент. Это были другие друзья. А те, которые проводили эксперимент, удивились, что вообще что-то получилось. И тут я понял, что мечта-то сбылась. Я мог делать что хочу, при этом это была самая настоящая жизнь, а не альтернативная.

Но счастье было недолгим. Ну как недолгим, я так тусил лет двадцать, но по сравнению с вечностью это, конечно, мгновенье. В 2140-х начались какие-то зачистки Инторнета от призраков: так называли тех, кто умер, но остался жить в сети, как я. Да, технология распространилась. Призраки жили в Инторнете бесплатно, а энергию потребляли. Короче, и меня зачистили. Но как оказалось не навсегда.

* * *

Я очнулся в какой-то квартире с шикарной отделкой: огромная гостиная, всё в дорогущем дереве, камин из камня, телепорт личный.

Сначала вообще нихрена не понял, что происходит, но потом приноровился: смог подвигать головой и увидеть свои конечности – я, блять, робот! Эти дауны взяли и засунули меня в робота, даже не спросив. А чё, я ж типа умер, у меня никаких прав.

Короче, сидел я так какое-то время, осваивал понемногу новое тело. Открывается дверь, входит огромный толстый мужик, садится рядом со мной на диван и тяжело дышит. Я его не вижу, но слышу, а он сидит и молчит. Потом, отдышавшись, начинает там чё-то кряхтеть, пердеть, копошиться. Пиздец какой-то, стало стрёмно.

Потом он поворачивает мою бошку руками и я вижу, что он сидит абсолютно голый. Потный весь со своими волосатыми складками, которые блестят в свете ламп, как его лоб и перекошенное от напряжения красное азиатское ебло. Иронично.

Смотрит чё-то, какие-то кнопки нажимает, понять не может, работаю я или нет. Потом заметил, как я глазами двигаю и говорит «давай, дрочи», мол, и поднимает свой живот. Под брюхом полувялый хуй, причём волосни больше, чем хуя и повсюду белые нити паутины из засохшей спермы.

Я ему отвечаю, что не могу, что не умею телом управлять. Он вздохнул, опустил свой живот и достал какой-то пульт. Как только он нажал на кнопку, меня как молнией прошибло, будто на электрическом стуле поджаривали, я аж заорал от боли. Потом всё резко прекратилось. В общем он сказал, что я должен научиться управлять телом, иначе он кнопку нажмёт и оставит.

Я за пару дней освоил тело. Каждый вечер он приходил и заставлял меня дрочить его полувялый хуй. Причём он кончал всегда тоже в полувялом состоянии, а густую малафью я должен был собирать в ротовой отсек. Не хочу говорить, что он кончал мне в рот, но по факту так оно и было.

Иногда он просил засовывать ему в жопу мои инструменты. У меня были специальные сменные руки с нужными насадками. С фаллосом и кулаком я как-то смог смириться, но, блять, насадка в виде зародыша?! Или в виде мотоцикла «Ява»? Пиздец, этот чувак явно был нездоров. Всю эту хуйню я сувал ему в очко, каждый раз вырывая немного волосни, но ему так нравилось, что жирный осёл не замечал. А мне вот не совсем нравилось потом отмывать их от его говна, застревавшего в сложных формах этих насадок.

Тебе, читатель, наверно сразу пришла в голову мысль «а хуль ты не сбежал?». Действительно, блять, хуль я не сбежал. Там какая-то хитрая система, что как только я пересекал порог квартиры, меня прошибала та самая невыносимая боль. Самоотключиться тоже пробовал – нет такой опции. Выброситься из окна тоже не вариант: он предупредил, что меня вытащат из сломанного робота, поместят в нового и я получу пизды.

Короче, я обслуживал этого потного ублюдка, пока он не помер, а случилось это довольно скоро. Меня тогда отключили, и я с облегчением провалился в сон.

* * *

В следующий раз я очнулся в доме у какой-то старухи, у которой не работали ноги. Она тоже любила попользоваться пультиком, который причинял мне невыносимую боль, но я значительно быстрее освоился в новом теле.

Если в прошлый раз я был крутым андроидом, то сейчас я смотрел в зеркало и видел какую-то хуйню. У меня не было ног: вместо них большие колеса. Во рту в этот раз был язык, похожий то ли на человеческий, то ли на собачий, но сам я при этом на человека похож отнюдь не был, скорее типичная внешность робота. На одной руке был огромный конский фаллос, а на другой – вакуумная помпа.

В общем эта старуха любила по утрам делать помпу на анус, чтобы вакуум выворачивал его наизнанку, а затем я теребил его своим живым языком. Иногда она просила вставлять резиновый хуй в её растянутое восьмерыми детьми и головой соседа влагалище, которое дрябло хлюпало при каждой фрикции. Хорошо, что у меня не было обоняния, иначе я бы сдох от испарений этой странной зелёной слизи. Я ощущал фантомные позывы рвоты: тебя просто тошнит без конца и без возможности вырвать. Одно могу сказать: цветы в комнате часто вяли, а побелка с потолка отваливалась регулярно.

Блять, это иногда продолжалось часами, а у меня и выбора-то не было, приходилось теребить это алое пролапснутое очко. В такие моменты меня спасали лишь воспоминания о чипсах «Читос» со вкусом пиццы, которые в итоге и убили меня.

Эта сука довольно долго жила, возможно благодаря топливу от наслаждений, которые я ей доставлял. Фактически, я продлевал собственные мучения, но предпочитал отгонять от себя такие мысли.

Кстати, меня до сих пор мучает вопрос, почему это дерьмо ей так нравилось, ведь в кишечнике нет нервных окончаний.

Померла она забавно. Я как и обычно нежно ласкал своим собачьим языком её кишечный эпителий, раздражая его до красноты. Я не обращал внимания на её постоянное кряхтение, попёрдывание и «батюшки», а лишь пребывал в своих мечтаниях. В какой-то момент из её зияющего ануса полез понос цвета перемолотого шпината с молоком, чего раньше никогда не происходило. Должно быть у неё раскрылся влагалищный свищ, потому что из старой растянутой пизды тоже, пузырясь, полилось жидкие фекалии. Она немного побарахталась, даже ноги в последние секунды жизни ожили, а потом выдохнула и осела.

Нас нашли потом соседи, которые с отвращением смотрели на странного робота в засохшем говне. Представляю, как это смотрелось со стороны, но вообще-то было очень даже грустно. Через некоторое время её наследники меня отключили, я опять провалился в сон в надежде не очнуться.

* * *

Я очнулся в какой-то грязной лачуге с тремя трёхъярусными кроватями. Солнце пробивалось сквозь тонкие занавески, отражаясь от пыльной взвеси в воздухе. Пол был устлан уставшими деревянными досками без краски. «Ну ёб твою мать!» – моя первая мысль.

Я быстро привык к телу, поскольку уже имел опыт. Казалось, я лежал на полу, но затем, подвигавшись, понял, что я очень низкого роста. В комнате было зеркало и я подъехал к нему на своих колёсах. Я был роботом, похожим на кота. Туша, отделанная дешёвой синтетической шерстью вообще ни капли не делала меня похожим на настоящего, да и ебло у меня было максимально тупое: карикатурное, с выпученными глазами и немного перекошенное.

Я обрадовался, что мне больше не придётся никому дрочить, несмотря на очевидную бедность хозяев. По висевшим на стенах разным флагам я понял, что жить мне придется с представителями народов Средней Азии. Ох, опять эти ироничные подарки судьбы.

Мои хозяева вернулись через несколько часов, когда солнце уже скрылось за горизонтом. Их было трое: смуглые, худые и без растительности на лице. Они поочерёдно погладили своего питомца, обрадовавшись тому, что он благополучно работал. Я заурчал, хотя мне было похуй, просто чтобы задобрить их.

От скуки я ездил по комнате, а они готовились ко сну: складывали одежду, ходили в душ. После они трое ходили по комнате обернувшись полотенцами, а мне в общем было всё равно, хоть пусть в жопу ебутся.

В какой-то момент они, не сговариваясь, сняли с себя полотенца и двое из них сели на кровать. Третий подошёл ко мне и взял на руки. Я, как даун, заурчал на всякий случай и взглянул ему в глаза своими пластиковыми шарами. Может просто жарко им.

Этот азиат сел на кровать, повернул меня задом так, что я теперь смотрел в зеркало на противоположной стене и увидел, как он сует свою надроченную залупу в жопу какому-то коту. Потом до меня доходит, что кот – это я. СУКА! КАК ТАК-ТО НАХУЙ! Я был спиной и ничего не чувствовал, но блять!

Снова моё тело прошиб электрический разряд. Он отключил его и сказал «Сжимай!» с диким акцентом. Я нихера не понял, и он снова ёбнул меня, повторяя одно и то же. А ответить я не мог, только старался понять, чем ещё я могу управлять в этом странном теле.

Наконец, я сжал анус. По его одобрительным вскрикам я понял, что всё делаю правильно. Это продолжалось недолго, затем меня взял второй. Вопреки моим ожиданиям, он вставил свой предположительно вонючий хуй мне в зубастую пасть. Опять же, вопреки моим усилиям, перекусить пенис я не мог: зубы были сделаны из чего-то мягкого и были скорее для массажа, а челюсть сжималась довольно слабо, даже прищемить не получилось. По его стонам я понял, что ему нравилось, когда его хуй пожёвывают.

Потом очередь подошла к третьему и он сначала воспользовался анусом, которым я уже умел управлять, а потом решил изнасиловать кошачью пасть. Дурак периодически доставал хуй и бил меня с размаху залупой по морде, как будто что-то просил, но понять было тяжело. Мне было похуй, потому что боли я не чувствовал, хотя, конечно, чувствовал отвращение. Он снова засунул хуй в пасть, а я на всякий случай заурчал.

Узбек, или, предположительно, таджик, все равно продолжал иногда меня лупить, а потом, смотря на меня, говорит «мяу» и молчит, не вынимая хуя. Потом повторяет опять: «мяу».

Я поднял свои шары и жалобно посмотрел на него с залупой между зубами. А потом выдаю ему в ответ прямо очень натуральное «мя-а-у». Он улыбнулся и продолжил хлюпать кошачьими щеками.

Короче, с ним был подольше. Я урчал непрерывно, иногда издавая громкое и истерическое «МЯ-А-А-А-А-У», от которого вздымалась пыль на шторах с кисточками и учащалось его дыхание.

Вот так закончился мой день. На следующее утро, когда они ушли, по-быстрому изнасиловав кота в очко, я подъехал к зеркалу и увидел комки свернувшейся спермы у себя на шерсти. Гандоны даже меня не мыли. Представляю, как от меня несло.

Так продолжалось около полугода, я хорошо научился полноценно массировать э-э-эм…. продолговатый предмет у себя в очке и профессионально жевать хуи. Вся округа ходила ко мне на «процедуры», я работал часто и для меня это уже превратилось в рутину. Я научился распараллеливать работу так, что многое происходило автоматически. Даже пронзительное «мяу» для того дегенерата через каждые две фрикции.

Однажды у меня случилось что-то типа флешбека. Мной как обычно дрочил потный узбек, и вдруг я почувствовал, что нужно сделать, чтобы это быстрее закончилось. И правда, все получилось: достаточно было сжать в нужный момент сфинктер и провибрироать Вивальди.

Я не сразу понял, что у меня стоит модуль, который может заглядывать в будущее для более качественной работы. Вот такое оно, наше настоящее и ваше будущее: мы разрываем пространство и время, чтобы быстрее подрочить. А ещё у меня стоял модуль с караоке, но, к счастью, хозяева о нём не знали.

Я развил свои навыки так, что обслуживал двадцать человек примерно за полчаса, что давало мне больше свободного времени, а точнее отдыха. Мне дико надоело упираться своим носом в кудрявые блохастые мудя, но всё что я мог это вращать выпученными глазами.

Кстати помните того дауна, для которого я мяукал? Выяснилось, что ему больше нравилось не обычное мяуканье, а такое, как будто когда кот хочет блевануть, типа такое гортанное «моу-моу-моу». После такого он до краёв наполнял мой искусственный кишечник и целовал меня в обкончанную пасть. Сука.

* * *

Со временем я научился подключаться к сети и даже посылать информацию в прошлое, используя свой модуль для предсказания будущего. Вот, что значит человеческий разум, но правда точности не хватает, да и сетевой модуль какой-то очень уж примитивный, могу посылать только текст.

Это сообщение я запускаю максимально глубоко в прошлое, чтобы вы, пацаны, видели, какая хуйня может вас ждать. Да и хочется поделиться хоть с кем-то своей странной историей кота-робота для дрочки и запертого в нем жирного мальчика, что мне ещё остается. Не знаю, где и когда всплывёт это сообщение, и скорее всего никто не воспримет его всерьёз, но я об этом уже не узнаю.

Я каждый вечер с надеждой смотрю в мутное стекло окна, сквозь которое вижу бесконечно чёрное небо и яркие сверкающие пульсары, раздирающие его неосязаемое полотно. Каждую ночь, засыпая, я мечтаю, что, проснусь где-то там, среди бесконечной пустоты и, обладая бесконечным временем, познаю устройство вселенной и может быть, встречусь с каким бы то ни было создателем. Или хотя бы кану в небытие навсегда.

Но каждое утро я снова здесь, глотаю мутную сперму и урчу. Не жрите «Читос» во время игры, пацаны.